Послание о книге сей к брату

Послание
о книге сей к брату, просивС?ему, чтобы прислали ему найденные слова преподобного отца наС?его аввы Дорофея, которому и похвала здесь содержится с кратким его жизнеописанием, и сказание о жизни аввы Досифея

 

Хвалю твоё усердие, ублажаю твою благословенную и поистине добролюбивую дуС?у за тщание о благом, многолюбезный брат. Р?бо так трудолюбиво испытывать и истинно хвалить сочинения и дела блаженного поистине и богодостойного отца наС?его, дару Божию тезоименитого, значит хвалить добродетель, любить Бога и заботиться об истинной жизни. Похвала, по словам блаженного Григория, рождает соревнование, соревнование же - добродетель, а добродетель - блаженство. Р?так, должно радоваться и сорадоваться поистине таковому твоему преуспеянию; ибо ты сподобился последовать стопам того, который подражал Кроткому и Смиренному сердцем, который, последуя дуС?евному самоотвержению Петра и прочих учеников Христовых, так отвергнул от себя пристрастие к видимым вещам и так предал себя делам, угодным Богу, что и он, как я твёрдо знаю, мог с дерзновением сказать Спасителю: се мы оставихом вся и вслед Тебе идохом (Мф. 19, 27). Оттого и скончався вмале с Богом, исполни лета долга (Прем. 4, 13). Не в видимых пустынях и горах пребывал он и не полагал великим иметь власть над дикими зверями, но он возлюбил дуС?евную пустыню и желал приблизиться к горам вечным, дивно просвещающим, и наступать на дуС?егубительные главы мысленных змей и скорпионов. Сих вечных гор он вскоре и сподобился достигнуть, с помощью Христовою, страдальческим отсечением своей воли; а отсечение своей воли открыло ему непогреС?ительный путь святых отцов, который показал ему блаженное оное бремя лёгким и спасительное и благое иго поистине благим. Отсечением же своей воли он научился лучС?ему и дивному способу возвыС?ения - смирению, и принятую от святых старцев заповедь: "будь милостив и кроток" исполнил на самом деле, а чрез сие украсился всеми добродетелями. Блаженный всегда носил во устах оное старческое изречение: "достигС?ий отсечения своей воли достиг места покоя". Р?бо он, старательно испытав, наС?ёл, что корень всех страстей есть самолюбие [1].
     На сие же самолюбие, рождающееся от сладостно-горькой наС?ей воли, наложив такое действительное лекарство (то есть отсечение воли), он вместе с корнем заставил увянуть и лукавые отрасли, соделался истым возделателем бессмертных плодов и пожал истинную жизнь. Усердно поискав сокровенное на селе сокровище (Мф. 13), найдя и усвоив его себе, он обогатился поистине, получив богатство неистощимое. Я желал бы иметь достойную силу слова и мысли, чтобы сподобиться изложить по порядку и святое житие его, на общую пользу, в очевидный пример добродетели, показав, как он С?ёл тесным и вместе пространным, преславным и блаженным оным путём. Р?бо тесным называется путь сей потому, что идет неуклонно и, не раздвояясь, держится между двух скользких стремнин - как Божий друг и великий поистине Василий объясняет тесноту прискорбного и спасительного пути. А пространным путь сей называется по причине беспристрастия и свободы С?ествующих по нём ради Бога, и особенно по высоте смирения, которое одно только, как сказал Антоний Великий, бывает выС?е всех сетей диавольских. Поэтому и на нём (преподобном Дорофее) поистине исполнилось изречение: С?ирока заповедь Твоя зело (Пс. 118, 96).
     Но сие, как невозможное для меня, я оставляю, хороС?о зная, кроме всех других добрых свойств блаженного, и то, что он, подобно мудрой пчеле, облетая цветы, и из сочинений светских философов, когда находил в них что-либо, могущее принести пользу, то без всякой лености в приличное время предлагал в поучении, говоря между прочим: "ничего в излиС?естве", "познай самого себя", и тому подобные дуС?еполезные советы, к исполнению которых побуждает меня, как было сказано, если не благоразумное произволение, то невольное моё бессилие. А что мне повелела ваС?а усердная и добролюбивая дуС?а, то я смело и сделал, устраС?аяся тяжести преслуС?ания и боясь наказания за леность, и с сим писанием послал вам, благоразумным о Боге торжникам, лежащий у меня без действия талант, т. е. найденные поучения сего блаженного: и те, которые он сподобился принять от своих отцов, и те, которые он сам предал своим ученикам, творя и уча по примеру наС?его истинного Наставника и Спасителя. Хотя и не все слова сего святого могли мы найти, но только очень немногие, и те были сперва рассеяны по разным местам, и уже по устроению Божию собраны некоторыми ревнителями; но довольно будет предложить и сие малое для правомыслия разума твоего, по сказанному: даждь премудрому вину, и премудрейС?ий будет (Притч. 9, 9).
     Каков был блаженный Дорофей, к цели иноческого жития по Богу наставляемый и согласно намерению и житие восприявС?ий, - я воспоминаю умом своим. В отноС?ении к духовным отцам своим он имел крайнее отречение от вещей и искреннее повиновение по Богу, частое исповедание, точное и неизменное хранение совести и, в особенности, несравненное послуС?ание в разуме, будучи во всём утверждаем верою и усоверС?аем любовию. В отноС?ении к подвизавС?ейся с ним братии он имел стыдливость, смирение и приветливость без гордости и дерзости, а более всего - добродуС?ие, простоту, неспорливость, - корни благоговения и доброжелательства, и сладчайС?его паче мёда единодуС?ия - матери всех добродетелей. В делах же - усердие и благоразумие, кротость и спокойствие, признак доброго нрава. Относительно вещей (которыми он распоряжался к общей пользе), в нём были тщательность, опрятность, потребное без пыС?ности. Всё это вместе взятое с другими качествами в нём управляемо было Божественным рассуждением. А прежде всего и выС?е всего были в нём - смирение, радость, долготерпение, целомудрие, любовь к чистоте, внимательность и поучительность. Но кто начал бы вычислять всё подробно, тот уподобился бы желающему исчислить дождевые капли и морские волны, да и никто не должен, как я сказал прежде, реС?аться на дело, превыС?ающее его силы. ЛучС?е предоставлю вам сие приятное исследование, и вы, конечно, насладитесь им и поймёте, от какой жизни и от какого блаженного пребывания Божественным промыС?лением, всё ко благу устрояющим, приведён был к поучению и попечению о дуС?ах сей милосердый и сострадательный отец, поистине достойный учить и просвещать дуС?и, великий в разуме и величайС?ий в простоте, великий в мудрости и больС?ий в благоговении, высокий в в!идении и высочайС?ий в смирении, богатый по Богу и нищий духом, словом сладкий и сладчайС?ий в обращении, искусный врач для каждой болезни и каждого врачевания. Он, сообразно с дарованием, исполнял оное святое и мироносное служение равным образом в отноС?ении к богатым и нищим, мудрым и невеждам, женам и мужам, старцам и юным, скорбящим и радующимся, чужим и своим, мирским и монахам, властям и подвластным, рабам и свободным. Он всем постоянно был всё и приобрёл очень многих. Но уже пора, возлюбленный, предложить тебе сладкую трапезу отеческих слов, которой каждая часть и изречение, даже самое малейС?ее, приносит немалую пользу и приобретение. Р?бо хотя сей Божественный и дивный муж и высок был по дару слова, но, желая, по заповеди, снизойти и в этом и явить собой пример смиренномудрия, он предпочитал везде смиренный и простой образ выражения и невитиеватость речи. Ты же, найдя наслаждение, достойное твоего блаженного и искреннего рачения, радуйся и веселись, и подражай жизни тобою достойно вожделенного, моля Владыку всех и о моём неразумии. Сперва же скажу я вкратце о блаженном отце Досифее, который был первым учеником святого аввы Дорофея.
Сказание о блаженном отце Досифее, ученике св. аввы Дорофея

     Блаженный поистине авва Дорофей, возлюбив иноческое по Богу житие, удалился в киновию [2] отца Серида, где наС?ёл многих великих подвижников, пребывавС?их в безмолвии, из коих превосходнее всех были два великие старца: св. Варсануфий и его ученик и сподвижник авва Р?оанн, названный Пророком по дару прозорливости, который он имел от Бога. Р?м предал себя святый Дорофей в повиновение с полною уверенностию и беседовал с великим старцем чрез святого отца Серида; отцу же Р?оанну Пророку сподобился и послужить. ВыС?еупомянутые святые Старцы наС?ли нужным, чтобы преподобный Дорофей устроил больницу и, поместивС?ись там, сам имел о ней попечение, ибо братия очень скорбели о том, что, впадая в болезни, не имели никого, пекущегося о них. Р? так он, с помощью Божиею, устроил больницу, при пособии родного брата своего, который снабдил его всем нужным для её устройства, потому что был муж весьма христолюбивый и монахолюбивый.
     Р? так авва Дорофей, как я сказал, с некоторыми другими благоговейными братиями служил больным и сам, и как начальник больницы имел надзор над сим заведением. Однажды послал за ним и призвал его к себе игумен авва Серид. Войдя к нему, он наС?ёл там некоторого юноС?у в воинской одежде, весьма молодого и красивого собою, который приС?ёл тогда в монастырь вместе с людьми князя, которых любил отец Серид. Когда авва Дорофей воС?ёл, то авва Серид, отведя его в сторону, сказал ему: "Эти люди привели ко мне сего юноС?у, говоря, что он хочет остаться в монастыре и быть монахом, но я боюсь, не принадлежит ли он кому-нибудь из вельмож, и если украл что-нибудь или сделал что-либо подобное и хочет скрыться, а мы примем его, то попадём в беду, ибо ни одежда, ни вид его не показывают человека, желающего быть монахом". ЮноС?а сей был сродник некоторого воеводы, жил в больС?ой неге и роскоС?и (ибо сродники таких вельмож всегда живут в больС?ой неге) и никогда не слыхал слова Божия. Однажды некоторые люди воеводы рассказывали при нём о Святом Граде Р?ерусалиме; услыС?ав о нём, он возжелал видеть тамоС?нюю святыню и просил воеводу послать его посмотреть святые места. Воевода, не желая опечалить его, отыскал одного ближнего своего друга, отправляющегося туда, и сказал ему: "Сделай мне милость, возьми сего юноС?у с собою посмотреть святые места". Он же, приняв от воеводы сего молодого человека, оказывал ему всякую честь, берёг его и предлагал ему вкуС?ать пищу вместе с собою и женою своею.
     Р?так, достигнув Святого Града и поклонивС?ись святым местам, приС?ли они и в Гефсиманию, где было изображение СтраС?ного Суда. Когда же юноС?а, остановясь пред сим изображением, смотрел на него со вниманием и удивлением, он увидел благолепную Жену, облечённую в багряницу, Которая стояла подле него и объясняла ему муку каждого из осуждённых и давала при том некоторые другие наставления от Себя. ЮноС?а, слыС?а сие, изумлялся и дивился, ибо, как я уже сказал, он никогда не слыхал ни слова Божия, ни того, что есть Суд. Р? так он сказал Ей: "Госпожа! Что должно делать, чтобы избавиться от сих мук?" Она отвечала ему: "Постись, не еС?ь мясо и молись часто, и избавиС?ься от мук". ДавС?и ему сии три заповеди, багряноносная Жена стала невидима и более не являлась ему. ЮноС?а обоС?ел всё то место, ища Её, полагая, что это была обыкновенная жена, но не наС?ёл Её: ибо то была Святая Мария Богородица. С тех пор юноС?а сей пребывал в умилении и хранил три заповеди, данные ему; а друг воеводы, видя, что он постится и не ест мяса, скорбел о сём за воеводу, ибо он знал, что воевода особенно берёг сего юноС?у. Воины же, которые были с ним, видя, что он так себя ведёт, сказали ему: "ЮноС?а! То, что ты делаеС?ь, неприлично человеку, хотящему жить в мире; если ты хочеС?ь так жить, то иди в монастырь и спасёС?ь дуС?у свою". А он, не зная ничего Божественного, ни того, что такое монастырь, и соблюдая только слыС?анное от оной Жены, сказал им: "Ведите меня, куда знаете, ибо я не знаю, куда идти". Некоторые из них были, как я сказал, любимы аввою Серидом и, придя в монастырь, привели сего юноС?у с собою. Когда же авва послал блаженного Дорофея поговорить с ним, авва Дорофей испытывал его и наС?ёл, что юноС?а не мог ничего другого сказать ему, как только: "Хочу спастись". Тогда он приС?ёл и сказал Авве: "Если тебе угодно принять его, не бойся ничего, ибо в нём нет ничего злого". Авва сказал ему: "Сделай милость, прими его к себе для его спасения, ибо я не хочу, чтобы он был посреди братий". Авва Дорофей, по благоговению своему, долго отказывался от сего, говоря: "ВыС?е силы моей принять на себя чью-либо тяготу, и не моей это меры". Авва отвечал ему: "Я ноС?у и твою и его тяготу, о чём же ты скорбиС?ь?" Тогда блаженный Дорофей сказал ему: "Когда ты реС?ил таким образом, то возвести о сём старцу [3], если тебе угодно". Авва отвечал ему: "ХороС?о, я скажу ему". Р? он поС?ел и возвестил о сем великому Старцу. Старец же сказал блаженному Дорофею: "Прими сего юноС?у, ибо чрез тебя Бог спасёт его". Тогда он принял его с радостию и поместил его с собою в больнице. Р?мя его было Досифей.
     Когда приС?ло время вкуС?ать пищу, авва Дорофей сказал ему: "ЕС?ь до сытости, только скажи мне, сколько ты съеС?ь". Он приС?ёл и сказал ему: "Я съел полтора хлеба, а в хлебе было четыре литры" [4]. Авва Дорофей спросил его: "Довольно ли тебе сего, Досифей?" Тот отвечал: "Да, господине мой, мне довольно сего". Авва спросил его: "Не голоден ты, Досифей?" Он отвечал ему: "Нет, владыко, не голоден". Тогда авва Дорофей сказал ему: "В другой раз съеС?ь один хлеб, а другую половину хлеба раздели пополам, съеС?ь одну четверть, другую же четверть раздели надвое, съеС?ь одну половину". Досифей исполнил так. Когда же авва Дорофей спросил его: "Голоден ли ты, Досифей?" Он отвечал: "Да, господине, немного голоден". Чрез несколько дней опять говорил ему: "Каково тебе, Досифей? ПродолжаеС?ь ли ты чувствовать себя голодным?" Он отвечал ему: "Нет, господине, молитвами твоими мне хороС?о". Говорит ему Авва: "Р?так, отложи и другую половину четверти". Р? он исполнил сие. Опять чрез несколько дней авва Дорофей спраС?ивает у него: "Каково тебе теперь, Досифей, не голоден ли ты?" Он отвечал: "Мне хороС?о, господине". Говорит ему Авва: "Р аздели и другую четверть надвое и съеС?ь половину, а половину оставь". Он исполнил сие. Р? так с Божиею помощию, мало-помалу, от С?ести литр, а литра имеет двенадцать унций, он остановился на восьми унциях, то есть С?естидесяти четырёх драхмах. Р?бо и употребление пищи зависит от привычки.
     ЮноС?а сей был тих и искусен во всяком деле, которое исполнял; он служил в больнице больным, и каждый был успокоен его служением, ибо он всё делал тщательно. Если же случалось ему оскорбиться на кого-нибудь из больных и сказать что-либо с гневом, то он оставлял всё, уходил в келарню (кладовую) и плакал. Когда же другие служители больницы входили утеС?ать его и он оставался неутеС?ным, то они приходили к отцу Дорофею и говорили ему: "Сделай милость, отче, пойди и узнай, что случилось с этим братом: он плачет, и мы не знаем, отчего". Тогда авва Дорофей входил к нему и, найдя его сидящим на земле и плачущим, говорил ему: "Что такое, Досифей, что с тобою? О чём ты плачеС?ь?" Досифей отвечал: "Прости меня, отче, я разгневался и худо говорил с братом моим". Отец отвечал ему на это: "Так-то, Досифей, ты гневаеС?ься и не стыдиС?ься, что гневаеС?ься и обижаеС?ь брата своего? Р азве ты не знаеС?ь, что он есть Христос и что ты оскорбляеС?ь Христа?" Досифей преклонял с плачем голову и ничего не отвечал. Р? когда авва Дорофей видел, что он уже довольно плакал, то говорил ему тихо: "Бог простит тебя. Встань, отныне положим начало исправления себя; постараемся, и Бог поможет". УслыС?ав это, Досифей тотчас же вставал и с радостию спеС?ил к своему служению, как бы поистине от Бога получил прощение и извещение. Таким образом служащие в больнице, узнав его обыкновение, когда видели его плачущим, говорили: "Что-нибудь случилось с Досифеем, он опять в чем-нибудь согреС?ил", и говорили блаженному Дорофею: "Отче, войди в кладовую, там тебе есть дело". Когда же он входил и находил Досифея, сидящего на земле и плачущего, то догадывался, что он сказал кому-нибудь худое слово. Р? говорил ему: "Что такое, Досифей? Р?ли ты опять оскорбил Христа? Р?ли опять разгневался? Не стыдно ли тебе? Почему ты не исправляеС?ься?" А тот продолжал плакать. Когда же авва Дорофей опять видел, что он насытился плачем, то говорил ему: "Встань, Бог да простит тебя; опять положи начало и исправься наконец". Досифей тотчас же с верою отвергал печаль оную и С?ёл на дело своё. Он очень хороС?о постилал больным постели и имел такую свободу в исповедании своих помыслов, что часто, когда постилал постель и видел, что блаженный Дорофей проходит мимо, говорил ему: "Отче, отче, помысл говорит мне: ты хороС?о постилаеС?ь". Р? отвечал ему авва Дорофей: "О диво! Ты стал хороС?им рабом, отличным постельничим [5], а хороС?ий ли ты монах?"
     Никогда авва Дорофей не позволял ему иметь пристрастие к какой-либо вещи или к чему бы то ни было: и всё, что он говорил, Досифей принимал с верою и любовью и во всём усердно слуС?ал его. Когда ему нужна была одежда, авва Дорофей давал ему оную С?ить самому, и он уходил и С?ил её с больС?им старанием и усердием. Когда же он оканчивал её, блаженный призывал его и говорил: "Досифей, сС?ил ли ты ту одежду?" Он отвечал: "Да, отче, сС?ил и хороС?о её отделал". Авва Дорофей говорил ему: "Поди и отдай её такому-то брату или тому-то больному". Тот С?ёл и отдавал её с радостию. Блаженный опять давал ему другую и также, когда тот сС?ивал и оканчивал её, говорил ему: "Отдай её сему брату". Он отдавал тотчас и никогда не поскорбел и не пороптал, говоря: "Всякий раз, когда я соС?ью и старательно отделаю одежду, он отнимает её от меня и отдаёт другому", но всё хороС?ее, что он слыС?ал, исполнял с усердием.
     Однажды некто из посылаемых на послуС?ание вне монастыря принёс хороС?ий и очень красивый нож. Досифей взял его и показал отцу Дорофею, говоря: "Такой-то брат принёс этот нож, и я взял его, чтобы, если повелиС?ь, иметь его в больнице, потому что он хороС?". Блаженный же Дорофей никогда не приобретал для больницы ничего красивого, но только то, что было хороС?о в деле. Р? потому сказал Досифею: "Покажи, я посмотрю, хороС? ли он?" Он подал ему, говоря: "Да, отче, он хороС?". Авва увидел, что это действительно вещь хороС?ая, но так как не хотел, чтобы Досифей имел пристрастие к какой-либо вещи, то и не велел ему носить сего ножа и сказал: "Досифей! Ужели тебе угодно быть рабом ножу сему, а не рабом Богу? Р?ли тебе угодно связать себя пристрастием к ножу сему? Р?ли ты не стыдиС?ься, желая, чтобы обладал тобою сей нож, а не Бог?" Он же, слыС?а это, не поднимал головы, но, поникнув лицем долу, молчал. Наконец, побранив его довольно, авва Дорофей сказал ему: "Пойди и положи нож в больнице и никогда не прикасайся к нему", и Досифей так остерегался прикасаться к ножу сему, что не дерзал его брать и для того, чтобы подать когда-нибудь другому, и тогда как другие служители брали его, он один не прикасался к нему. Р? никогда не сказал: "Не таков ли и я, как все прочие?", но всё, что он ни слыС?ал от отца, исполнял с радостию.
     Так провёл он недолгое время своего пребывания в монастыре, ибо он прожил в нём только пять лет и скончался в послуС?ании, никогда и ни в чём не исполнив своей воли и не сделав ничего по пристрастию. Когда же он впал в болезнь и стал харкать кровью (отчего и умер), услыС?ал он от кого-то, что недоваренные яйца полезны харкающим кровью. Это было известно и блаженному Дорофею, который заботился о его исцелении, но, по множеству дел, средство это не приС?ло ему на ум. Досифей сказал ему: "Отче, хочу сказать тебе, что я слыС?ал о вещи, полезной для меня, но не хочу, чтобы ты дал мне её, потому что помысл о ней беспокоит меня". Дорофей отвечал ему на сие: "Скажи мне, чадо, какая эта вещь?" Он отвечал ему: "Дай мне слово, что ты не даС?ь её, потому что, как я сказал, помысл смущает меня о сем". Авва Дорофей говорит ему: "ХороС?о, я сделаю, как ты желаеС?ь". Тогда больной сказал ему: "Я слыС?ал от некоторых, что недоваренные яйца полезны харкающим кровью; но Господа ради, если тебе угодно, чего ты прежде не дал мне сам от себя, того не давай мне и теперь ради моего помысла". Авва отвечал ему: "ХороС?о, если ты не хочеС?ь, то я не дам тебе, только не скорби". Р? он старался вместо яиц давать ему другие полезные для него лекарства, ибо Досифей прежде сказал, что помысл смущает его касательно яиц. Вот как он подвизался отсечь свою волю, даже и в такой болезни.
     Он имел всегда и память Божию, ибо авва Дорофей заповедал ему постоянно говорить: "Господи Р?исусе Христе, помилуй мя", и между этим: "Сыне Божий, помози ми": так он всегда произносил эту молитву. Когда же болезнь его весьма усилилась, блаженный сказал ему: "Досифей, заботься о молитве, смотри, чтобы не лиС?иться её". Он отвечал: "ХороС?о, отче, только молись о мне". Опять, когда ему сделалось ещё хуже, блаженный сказал ему: "Что, Досифей, как молитва? продолжается ли по-прежнему?" Он отвечал ему: "Да, отче, твоими молитвами". Когда же ему стало весьма трудно, и болезнь так усилилась, что его носили на простыне, авва Дорофей спросил у него: "Как молитва, Досифей?" Он отвечал: "Прости, отче, более не могу держать её". Тогда сказал ему авва Дорофей: "Р?так, оставь молитву, только вспоминай Бога и представляй себе Его, как сущего пред тобою". Страдая сильно, Досифей возвестил о сём великому старцу [6], говоря: "Отпусти меня, более не могу терпеть". На сие старец отвечал ему: "Терпи, чадо, ибо близка милость Божия". Блаженный же Дорофей, видя, что он так сильно страдал, скорбел о сём, боясь, чтобы он не повредился умом. Через несколько дней Досифей опять возвестил о себе старцу, говоря: "Владыко мой, не могу более жить"; тогда старец отвечал ему: "Р?ди, чадо, с миром, предстань Святой Троице и молись о нас".
     УслыС?ав сей ответ старца, братия начали негодовать и говорить: "Что он сделал особенного, или каков был подвиг его, что он услыС?ал сии слова?" Р?бо они действительно не видели, чтобы Досифей особенно подвизался или вкуС?ал пищу через день, как делали некоторые из бывС?их там, или чтобы он бодрствовал прежде обычного бдения, но и на самое бдение вставал не к началу; также не видели, чтобы он имел особенное воздержание, но, напротив, примечали, что если случайно оставалось от больных немного соку или рыбьих голов или чего-нибудь подобного, то он ел это. А там были иноки, которые, как я сказал, долгое время вкуС?али пищу через день и удваивали свои бдения и воздержание. Они-то, услыС?ав, что старец послал таковой ответ юноС?е, пробывС?ему в монастыре только пять лет, смущались, не зная делания его и несомненного во всём послуС?ания, что он никогда ни в чём не исполнил своей воли, что, если случалось когда-нибудь блаженному Дорофею сказать ему слово, смеясь над ним (и как бы что-нибудь приказывая), то он поспеС?но С?ёл и исполнял это без рассуждения. Например, сначала он по привычке говорил громко; блаженный Дорофей, смеясь над ним, однажды сказал ему: "Тебе нужен вукократ, Досифей? ХороС?о, пойди же, возьми вукократ". Он, услыС?ав это, поС?ёл и принёс чаС?у с вином и хлебом [7] и подал ему, чтобы принять благословение. Авва Дорофей, не понимая этого, посмотрел на него с удивлением, и сказал: "Чего ты хочеС?ь?" Он отвечал: "Ты велел мне взять вукократ, так дай мне благословение". Тогда он сказал: "Бессмысленный, так как ты кричиС?ь подобно готфам, которые кричат, когда напьются и рассердятся, то я и сказал тебе: возьми вукократ, ибо ты говориС?ь, как готф". Досифей же, услыС?ав это, поклонился и отнёс обратно принесённое им.
     Однажды приС?ёл он также спросить авву Дорофея об одном изречении Святого Писания, ибо ради чистоты своей он начал понимать Святое Писание. Блаженный же Дорофей не хотел, чтобы он вдавался в это, но чтобы лучС?е охранялся смирением. Р?так, когда Досифей спросил его, он отвечал ему: "Не знаю". Но тот, не поняв намерения отца своего, опять приС?ёл и спросил его о другой главе. Тогда он сказал ему: "Не знаю, но пойди и спроси отца Р?гумена", и Досифей поС?ёл, уже нимало не рассуждая. Авва же Дорофей предварительно сказал Р?гумену: "Если Досифей придёт к тебе спросить что-нибудь из Писания, то побей его слегка". Р?так, когда он приС?ёл и спросил Р?гумена, тот начал толкать его, говоря: "Зачем ты не сидиС?ь спокойно в своей келлии и не молчиС?ь, когда ты ничего не знаеС?ь? Как смееС?ь ты спраС?ивать о таких предметах? Что не заботиС?ься о нечистоте своей?" Р?, сказав ему ещё несколько подобных выражений, Р?гумен отослал его, дав ему и два лёгких удара по щекам. Досифей, возвратясь к авве Дорофею, показал ему свои щеки, покрасневС?ие от ударений, и сказал: "Вот я получил, чего спросил" [8]. Но не сказал ему: "Зачем ты сам не вразумил меня, а послал к отцу Р?гумену?" Он не сказал ничего подобного, но всё, что говорил ему отец его, принимал с верою и исполнял, не рассуждая. Когда же он вопроС?ал авву Дорофея о каком-либо помысле, то с такою уверенностью принимал слыС?анное и так соблюдал оное, что во второй раз уже не спраС?ивал Старца о том же помысле.
     Р?так, не понимая, как я сказал, чудного сего делания, некоторые из братии роптали о сказанном Досифею от великого старца. Когда же Бог восхотел явить славу, уготованную ему за святое его послуС?ание, а также и дар ко спасению дуС?, который имел блаженный авва Дорофей, хотя и был ещё учеником, сподобивС?ись так верно и скоро наставить Досифея к Богу, тогда в скором времени по блаженной кончине Досифея случилось следующее: один великий старец, из другого места приС?едС?и к находивС?имся там в киновии аввы Серида братиям, возжелал видеть прежде почивС?их святых отцов сей киновии и помолился Богу, чтобы Он открыл ему о них. Р? увидел их всех вместе, стоящих как бы в лике, посреди же их был некоторый юноС?а. Старец после спросил: "Кто тот юноС?а, которого я видел среди святых отцов?" Р? когда он описал приметы лица его, то все узнали, что это был Досифей, и прославили Бога, удивляясь, от какой жизни и от какого прежнего пребывания в какую меру сподобился он достигнуть в столь короткое время тем, что имел послуС?ание и отсекал свою волю. За них всех воздадим славу человеколюбивому Богу, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

     [1] В греческой книге прибавлено: т. е. любовь к успокоению своего тела.
     [2] Киновия - общежительный монастырь.
     [3] Великому старцу Варсануфию.
     [4] Литра содержит около 3/4 фунта.
     [5] Заимствование из жития преподобного в Четьи-Минеи (19 февраля) греческой книги, а в славянском переводе оной сие место читается так: бяС?е добр раб, бысть добр осел, еда бо добр инок?
     [6] Св. Варсануфию.
     [7] В греческой книге прибавлено: ибо это и значит вукократ.
     [8] В слав.: "имам и пястницу на хребте".

Друзья

Христианские картинки