О ДЕВЯТОМ ЧЛЕНЕ СИМВОЛА ВЕР Ы

Девятый член Символа веры читается так: (Верую) «Во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь».
Совершив дело нашего Искупления, Господь Иисус Христос предусмотрел также и способ нашего приобщения к плодам искупительного подвига. С этой целью Им была основана Церковь.
«Христианства нет без Церкви» , — писал в начале XX в. Архиепископ Иларион (Троицкий), один из многих новомучеников. Церковь — это Христово Царство, купленное ценой Его крови. Царство, в которое Он вводит тех, кого избрал Своими детьми и кто избрал Его своим Отцом.
Церковь — от латинского circus — круг — дом Господний или жилище Господне. Название Церкви получилось от места, где обнаруживалась жизнь церковная. Сужение смысла — «собрание людей», народное собрание перед Богом. В христианстве изначально под церковью понималось собрание призванных в общество Господне лиц, услышавших призыв Господа ко спасению и последовавших этому призыву, а потому составляющих «род избранный» (1 Пет. 2, 9). Христианская Церковь — это собрание призванных Христом, уверовавших в Него и живущих Им. Но Церковь — не просто общество или содружество людей, объединенных верой во Христа, не просто сумма индивидуумов. Собранные вместе, члены Церкви составляют единое тело, неделимый организм. Церковь Христова есть не учреждение, но новая жизнь со Христом и во Христе, движимая Духом Святым. На этом основании Церковь можно рассматривать как благодатную жизнь в Духе Святом. Другими словами, Церковь есть Дух Святой живущий в человечестве. Она есть дело боговоплощения Христова, само это боговоплощение, как усвоение Богом человеческого естества и усвоение божественной жизни этим естеством, его обожение, как следствие соединения обоих естеств во Христе.
Святая Церковь основана Господом Иисусом Христом. Назначение Церкви Христовой — спасение человека. Только в Церкви происходит полное единение человека с Богом. Определение Церкви как Тела Христова не символ или отвлеченное понятие, а выражение действительной мистической жизни Церкви, реальное единение Бога и Людей во Христе.
Познать, что такое Церковь, можно, только живя в ней; поэтому рациональное определение Церкви дать невозможно. Царство Божие на земле — тело Христово, одушевленное Духом Святым — так осознает себя Церковь. Внутреннее усвоение Церкви и есть вера в нее. Вера во Христа приводит нас в Церковь, и жизнь в Нем есть жизнь в Церкви.
Без веры в Церковь, без пребывания в ней невозможна жизнь христианина.
В Символе веры мы исповедуем свою веру в Церковь, но «как может быть предметом веры Церковь, которая видима, когда вера, по Апостолу, есть “уверенность в невидимом” (Евр.11,1)?» .
Церковь имеет две стороны – видимую и невидимую, подобно тому, как Господь Иисус Христос состоит из двух естеств – видимого человеческого и невидимого Божеского. С видимой стороны Церковь предстает как человеческое объединение, общество христиан, а с невидимой – это Сам Господь Иисус Христос и спасительная благодать, изливаемая от Него на всех принадлежащих к Церкви. По своей невидимой стороне Церковь является предметом веры.
Согласно «Пространному Катихизису», веровать в Церковь «значит благоговейно чтить истинную Церковь Христову и повиноваться ее учению и заповедям, по уверенности, что в ней пребывает, спасительно действует, учит и управляет благодать, изливаемая от единой вечной главы ее, Господа Иисуса Христа» .
В самом общем смысле под Церковью понимают от Бога установленное общество всех личностных существ, верующих во Христа Спасителя и соединенных с Ним, как с единой Главой.
Из всех новозаветных образов Церкви наиболее глубоким следует признать образ Главы и тела. Согласно этому образу, Церковь есть богочеловеческий организм, тело Христово, Главою которого является Сам Христос, а членами – все верующие во Христа и соединенные с Ним как со своей Главой. «Бог Господа нашего Иисуса Христа… по действию державной силы Его, которою он воздействовал во Христе, воскресив Его из мертвых и посадив одесную Себя на небесах… все покорил под ноги Его, и поставил Его выше всего, главою Церкви, Которая есть тело Его…» (Еф. 1,17—23). «И вы – тело Христово, а порознь – члены» (1 Кор. 12, 27).
Веровать в Церковь значит признавать и исполнять ее постановления и иметь уверенность в том, что ею невидимо управляет благодать Божия.
Предметом верования в Церковь служат: во-первых, благодать Божия, которая сообщается верующим через каждое таинство и невидимо действует в Церкви и оживляет ее.
Что благодать Божия действительно пребывает в Церкви и будет пребывать до скончания века, в этом можно убедиться на основании того, что Глава Церкви, Иисус Христос, преисполнен благодати, которая от Него изливается и на всю Церковь, как тело Его. Сам Господь обещал верующим в Него ниспослать Духа Святого, который постоянно и пребывает в Церкви, наставляя пастырей ее и чрез них действуя на всех верующих. «Итак внимайте себе и всему стаду (т.е. обществу верующих), в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти (т.е. руководить) Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе кровию Своею» (Деян. 20, 28).
И наконец, тем, что Сам Иисус Христос обещал пребывать с верующими на земле до скончания века и всегда сохранять Свою Церковь так, чтобы и врата адава не могли одолеть ее. «Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее… И се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь» (Мф. 16, 18; 28, 20).
Следовательно, слова Христа выражают ту мысль, что никакие действия злых духов не одолеют основанной Им на земле Церкви.
Предметом верования в Церковь служат: во-вторых, все умершие в истинной вере и покаянии, принадлежащие к Церкви небесной, глава которой есть также Иисус Христос, как и Церкви земной.
Таким образом, у Господа Иисуса Христа имеется как бы два стада. Первое стадо – это Церковь, состоящая из членов, живущих на земле, и обычно называемая «странствующей» (Евр. 13, 14) или «воинствующей» (Еф. 6, 12). Второе стадо – Церковь, состоящая из Ангелов и всех усопших в вере и покаянии, обычно называемая небесною или «торжествующей» (Евр. 12, 13).
Странствующая и торжествующая Церкви отличаются как по составу, так и по условиям жизни своих членов, «поелику одна воинствует и находится в пути, а другая торжествует победу, достигла отечества и получила награду» .
Церковью небесною называется общество Ангелов и святых людей умерших, соединенных между собою одною верою и одним служением истинному Богу .
Священное Писание ясно свидетельствует о небесной Церкви. Так апостол пишет к обратившимся в веру Христову иудеям: «Вы приступили к горе Сиону, и ко граду Бога живаго, к небесному Иерусалиму и тьмам (т.е. множеству) Ангелов, к торжествующему собору и Церкви первенцев (т.е. первых из людей святых), написанных на небесах, и к судии всех Богу и Духам [т.е. душам] праведников, достигшим совершенства, и Ходатаю Нового Завета Иисусу» (Евр. 12, 22—24). Здесь под горою «Сионом», городом Бога живаго, «небесным Иерусалимом» разумеется «Церковь небесная», состоящая из множества Ангелов и святых людей умерших, торжествующих на небе, начиная с первых ветхозаветных праведников. Глава этой Церкви — Судья всех, Бог и Ходатай Нового Завета, Иисус.
«Церковь есть от Бога установленное общество человеков, соединенных православною верою, законом Божиим, священноначалием и таинствами» . Эта катихизическая формулировка не может считаться исчерпывающим определением Церкви, поскольку дает лишь внешнее описание того, что есть Церковь. Церковь даже в ее земном аспекте невозможно свести к обществу верующих, потому что при таком определении невозможно уяснить, чем отличается Церковь от других религиозных организаций, например, от церкви ветхозаветной. Основатель христианской Церкви есть Богочеловек. Он находится в совершенно ином отношении к Своей Церкви, чем все прочие основатели религиозных обществ. Церковь Христова создается не учением, не повелением и даже не внешним действием Божественного всемогущества, но созидается из Самого Господа Иисуса Христа. Христос не только Основатель Церкви, но и ее «краеугольный камень» (Еф. 2, 19—20), не просто Возглавитель Церкви, но и Сама Церковь, которая строится на Теле Господа Иисуса Христа и из самого Его Тела. Основав Церковь, Господь реально, хотя и невидимо, пребывает и пребудет в ней «во все дни до скончания века» (Мф. 28, 20).
Иисус Христос является краеугольным камнем церковного здания, но всякий фундамент имеет смысл только в том случае, если на нем возводится здание. Церковь есть Тело Христово, но каждый живой организм должен расти и развиваться. Христос — Основатель и Архитектор церковного здания, определяющий законы его жизни, его внутреннюю структурность, но должен быть еще и строитель. Таким строителем Церкви является Святой Дух, Который непосредственно осуществляет ее рост, присоединяя верующих к Телу Христову. Он же оживотворяет Тело, обеспечивая согласованное функционирование всех его органов.
Таким образом, Церковь в ее земном аспекте есть от Бога установленное общество верующих, объединенных православной верой, священноначалием и таинствами. Это общество возглавляется и управляется Самим Господом Иисусом Христом по воле Бога Отца и одушевляется, живится и освящается Святым Духом. Все члены этого общества соединены с Господом как со своим Главой и в Нем друг с другом, а также с небожителями.
Тем самым Церковь имеет две неразрывных стороны. С внутренней стороны Церковь есть сокровищница благодати и истины, с внешней – это человеческое общество, существующее в земных условиях. Тем не менее, и с внешней стороны, помимо случайных черт, присущих любому человеческому обществу, Церковь имеет положительное основание, укорененное в невидимом и не зависящее от каких-либо субъективных начал. И в своем земном аспекте Церковь имеет свою, от Бога установленную структурность, так как невидимое пребывание в Церкви Господа Иисуса Христа и Святого Духа выявляется посредством видимых и осязаемых форм. Иными словами, и по своей внешней земной стороне Церковь есть учреждение Божественное.
Истинная Церковь Христова называется единою в том смысле, что она составляет одно духовное тело, оживляется одним Духом Божиим, имеет одну главу — Христа и содержит одно учение и таинства Его.
На это единство Церкви ясно указывает апостол Павел: «Одно тело (т.е. Церковь Христова) и один Дух, как вы и призваны к одной надежде вашего (т.е. христианского) звания; один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех» (Еф. 4,4—6).
Церковь — одна (едина), потому что Бог — един; Христос и Дух Святой — едины. Единство Церкви приносится и устрояется не каким-либо человеческим авторитетом или юридической властью, но только Богом. Люди же — члены Его Церкви до той степени, до какой они пребывают в Его истине и любви. Церковь есть единство верующих с Богом и между собой. Единство людей создается силою Самого Господа Иисуса Христа и Святым Духом, т.е. через освещение человечества .
Единство Церкви совершается не силой человеческой, а Божественной любовью, даруемой нам. Церковь не есть только человеческое общество или союз, а единство богочеловеческое, т.е. союз людей с Богом и между собой. Для живущих в Церкви нетрудно увидеть, что жизнь эта есть, прежде всего, жизнь в Божественной любви, или самое единство в Любви всех христиан, подобно единству Лиц Пресвятой Троицы, то есть такое, которое при множестве лиц, входящих в Церковь, делает ее как бы одним существом. Церковь есть живой организм, и каждый член Церкви, как клетка в организме, может жить только по законам этого организма, т.е. по закону любви.
Православные христиане верят, что полнота участия в Церкви Божьей есть только в исторической Православной Церкви, что в других вероисповеданиях существуют препятствия к полному единению с Богом. Препятствия эти различны, и их значение зависит от того, как глубоко их воспринимают люди и насколько придерживаются их.
Как не существует многих истин, хотя истина и многообразна, так же не существует и многих Церквей, ибо есть единая истинная, Православная Церковь. Церковь едина, а потому и единственна, эта единая и единственная истинная Церковь, обладающая истиной в неповрежденности, а потому и в полноте есть Православие. Учение о единстве Церкви тем самым связывается с единством Православия и особым образом этого единства.
Единство Христианской Церкви не нарушается временем или пространством, оно создается Благословенной Троицей и всеми живущими с Богом: святыми ангелами, усопшими праведниками и всеми, кто в данный момент живет на земле по заповедям Христовым и силою Святого Духа.
Существенные свойства предмета – это те свойства, утратив которые, предмет перестает быть самим собой. В Символе веры указаны четыре существенных свойства Церкви: единство, святость, соборность и апостольство. Все другие свойства Церкви являются производными от этих четырех.
Сам Господь полагал целью Своего служения создание только одной в количественном отношении Церкви: «Я создам Церковь Мою…» (Мф. 16, 18). Ап. Павел также мыслил Церковь как нечто нумерически единое: «Мы многие составляем одно тело во Христе…» (Р им. 12, 5). «Все мы одним Духом крестились в одно тело…» (1 Кор. 12, 13). «Одно тело и один дух… один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех…» (Еф. 4, 4—6).
Однако, единство Церкви есть нечто большее, чем только нумерическое единство. Церковь не просто одна, но едина, единство – принцип ее бытия. Таким образом, единство – не столько количественная, сколько качественная характеристика Церкви. Основанием внутреннего единства Церкви является то, «что она есть одно духовное тело, имеет одну главу Христа, и одушевляется одним Духом Божиим» .
Единство Церкви, как ее качественная характеристика, отличает Церковь от всех иных видов объединения людей, ибо Церковь – не просто общество единомышленников, и единство в церковном понимании не есть только сплоченность и единодушие. Церковное единство предполагает изменение самого образа бытия человеческой природы, его преображение из индивидуалистического выживания в единение по образу Лиц Пресвятой Троицы. О таком единстве молился Господь в Первосвященнической молитве: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне и Я в Тебе» (Ин. 17, 21).
Внутреннее единство Церкви имеет и свои внешние проявления:
а) единство православной веры, исповедание одного и того же Символа веры;
б) единство таинств и богослужения;
в) единство иерархического преемства епископата;
г) единство церковного устройства, единство церковных канонов .
Хотя Православная Церковь не имеет единого видимого главы, существование многих Поместных Православных Церквей не противоречит учению о единстве Церкви, поскольку «это… суть части единой Вселенской Церкви. Отдельность видимого устройства их не препятствует им духовно быть великими членами единого Тела Церкви Вселенской, иметь единую главу Христа и единый дух веры и благодати» .
Отдельное существование православных Церквей, например, Иерусалимской, Антиохийской, Александрийской, Константинопольской, Р оссийской и других, нисколько не нарушает единства Церкви Христовой. На них нужно смотреть как на части одной Вселенской Церкви Христовой. Отдельность видимого устройства их не препятствует им в духовном отношении быть великими членами одного тела — Церкви Вселенской, иметь одну главу — Христа, и один дух веры и благодати. Единство это выражается видимо одинаковым исповеданием веры и общением в молитвах и таинствах .
В настоящее время осуществляют братские взаимосвязи (экуменические отношения) с Р имско-Католической Церковью, Древними Восточными (нехалкидонскими) Церквами, Англиканским коммунионом (т.е. содружеством Англиканских Церквей), Старокатолическим Союзом, евангелическо-лютеранской, реформатской, методистской, баптистской, другими конфессиональными семьями. При этом Православная Церковь ставит задачей восстановление единства разделенного христианства на основе вероучения и церковного строя Древней неразделенной Церкви и на пути к этой святой цели осуществляет сотрудничество с инославными Церквями и религиозными объединениями в деятельности по утолению нужд современного страждущего рода человеческого.
Р авным образом и между Церквами земной и небесной существует единство и взаимное общение. Глава той и другой Церкви есть один Господь Иисус Христос. Цель существования обеих Церквей также одна: вечное блаженство в союзе с Богом. Общение между Церквами земной и небесной выражается особенно в молитве. Верующие живущие на земле, из которых состоит Церковь земная, в своих молитвах обращаются к Святым, принадлежащим к Церкви небесной, как своим ходатаям перед Богом. Святые, принимая их молитвы, очищают их и возносят к Богу, присоединяя вместе и свое ходатайство за них перед Богом .
Почитание Святых, по учению Православной Церкви, состоит в призывании их в молитвах и поклонении святым мощам и иконам их. При этом Православная Церковь почитает Святых только как близких к Богу ходатаев, угодивших Ему своими подвигами веры и благочестия и удостоившихся прославления от Самого Бога. Почитая их подвиги, она прославляет в них благодать Божию, при которой они совершили их, так что всякая честь, воздаваемая Святым, относится к Самому Богу.
Свящ. Писание неоднократно говорит о необходимости почитания святых и вменяет нам в обязанность:
а) чтить память святых: «Память праведника пребудет благословенна» (Притч. 10, 7);
б) подражать примеру их жизни: «Поминайте наставников ваших…, и взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Евр. 13, 7);
в) прославлять святых угодников Божиих: «…отныне будут ублажать Меня все роды» (Лк. 1, 48).
При этом воздаяние людям Божиим подобающей им чести вознаграждается от Господа: «Кто принимает пророка во имя пророка, получит награду пророка» (Мф. 10, 41).
Кроме того, почитание святых в Православной Церкви носит характер поклонения, которое выражается в сооружении храмов в честь святых, возжжении светильников и каждении перед их изображениями, целовании изображений, преклонении перед ними колен.
Таким поклонением никоим образом не нарушается вторая заповедь Декалога, потому что Православное богословие строго различает поклонение как всецелое служение (л б ф с е Я б), подобающее исключительно Богу, и почитательное поклонение (ф й м з ф з к Ю р с п у к э н з у й т), то есть воздаяние чести, которое допустимо по отношению ко всему, что заслуживает нашего уважения и почитания, в том числе и по отношению к человеку как носителю образа Божия. В Свящ. Писании мы имеем множество примеров поклонения людей друг другу. Сам Моисей кланялся своему тестю Иофору (Исх. 18, 7), Авраам, отец верующих, кланялся хеттеянам (Быт. 23, 12), а царь и пророк Давид – своим гостям (3 Цар. 1, 47). Если такое поклонение как воздаяние чести допустимо по отношению к грешным людям, живущим в земных условиях, то тем более оно уместно по отношению к святым, достигшим совершенства и прославленными Богом.
Почитая святых, Церковь имеет правило их молитвенного призывания, испрашивает их молитв за верующих на земле. Сам Бог повелевает человекам просить у других молитв о себе. Так, Авимелеху, царю Герарскому, Бог повелел просить молитвы за себя у Авраама: «Он пророк и помолится о тебе, и ты будешь жив» (Быт. 20, 7).
Пророк Самуил молился Богу о своем народе: «Воззвал Самуил к Господу о Израиле, и услышал его Господь» (Цар. 7, 9). Если такой действенностью обладают молитвы верующих на земле, то тем более действенны должны быть молитвы святых, приносимые непосредственно перед Престолом Всевышнего: «И пришел иной Ангел, и стал перед жертвенником, держа золотую кадильницу; и дано было ему множество фимиама, чтобы он с молитвами всех святых возложил его на золотой жертвенник. И вознесся дым фимиама с молитвами святых от руки Ангела пред Бога» (Откр. 8, 3—4).
Обычай призывать в молитвах имена усопших праведников уходит в глубокую древность. Еще царь Давид молился: «Господи, Боже Авраама, Исаака и Израиля, отцов наших!» (1 Пар. 29, 18). Этой древней практике следует и Православная Церковь, призывая «Христа истинного Бога нашего, молитвами Пречистой Его Матери и всех святых». Православное почитание святых, вопреки мнению протестантов, не умаляет заслуг Христа как единого Посредника между Богом и человеками (1 Тим. 2, 5—6). Действительно, в деле искупления, примирения человека с Богом, Христос есть единственный Посредник, и никаких других соискупителей быть не может. Однако, спасение людей, усвоение ими плодов искупительного подвига совершается опосредованно. Очевидно, что существуют люди духовно более опытные, выше поднявшиеся в своем восхождении к совершенству и потому способные помогать менее совершенным в их восхождении.
Почитание святых в Православии всегда христоцентрично. Поэтому мысль о том, что почитание святых угодников каким—то образом умаляет значение искупительного подвига Христа Спасителя, равнозначно утверждению, что честь, воздаваемая плодам, умаляет достоинство лозы, на которой и благодаря которой эти плоды выросли.
Отрицание практики молитвенного призывания святых было бы оправдано, если бы святые были полностью изолированы от своих собратий на земле, не были посвящены в события земной истории. Однако Свящ. Писание не дает оснований для таких предположений.
О предстательстве святых за живущих на земле в Библии говорится как о чем-то вполне естественном: «И сказал мне Господь: хотя бы предстали пред лице Мое Моисей и Самуил, душа Моя не приклонится к народу сему» (Иер. 15, 1). Иуда Маккавей видел во сне, как бывший иудейский первосвященник Ония, «простирая руки, молится за весь народ Иудейский». При этом Ония говорит Иуде о пророке Иеремии: «Это братолюбец, который много молится о народе и святом городе, Иеремия, пророк Божий» (2 Мак. 5, 12—14). Ап. Петр обещал не оставлять своего попечения об учениках после смерти: «Справедливым же почитаю, доколе нахожусь в этой телесной храмине, возбуждать вас напоминанием, зная, что скоро должен оставить храмину мою… Буду же стараться, чтобы вы и после моего отшествия всегда приводили это на память» (2 Пет.1, 13—15).
Очевидно, слова эти следует понимать в том смысле, что апостол не перестанет заботиться о своих учениках и по смерти. Святые не только предстательствуют о нас на небесах, но также принимают непосредственное участие в земных делах. Например, Моисей и Илия явились во время Преображения Господа Иисуса Христа и беседовали с Ним «об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме» (Лк. 9, 31).
После крестной смерти Господа Иисуса Христа «многие тела усопших святых воскресли и, выйдя из гробов по Воскресении Его, вошли во святый град и явились многим» (Мф. 27, 52—53). «Поелику чудо, столь важное, не могло быть без важной цели: то должно полагать, что воскресшие святые явились для того, чтобы возвестить о сошествии Иисуса Христа во ад и победоносном воскресении Его, и сею проповедию споспешествовать родившимся в ветхозаветной Церкви перейти в открывшуюся тогда новозаветную» .
Нередко святые чудодействуют через некоторые земные посредства. Так, через платки и опоясания ап. Павла совершались исцеления и чудеса в его отсутствие (Деян. 19, 12). «По сему примеру понятно, что Святые и по кончине своей равномерно могут благотворно действовать чрез земные посредства, получившие от них освящение» .
Примером такого действия может служить воскресение мертвого от прикосновения к мощам пророка Елисея (4 Цар. 13, 21).
Православная Церковь с древнейших времен верует, что возможно изменение загробной участи тех, кто умер в покаянии, но не принес достойных плодов покаяния.
Уже в ветхозаветные времена существовал обряд преломления хлеба на гробах в память об умершем (Исх. 16, 17; Втор. 26, 14). В книге пророка Варуха содержится молитва о прощении грехов усопших: «Господи Вседержителю, Боже Израилев! Услышь молитву умерших Израиля и сынов их, согрешивших пред Тобою… не вспоминай неправд отцов наших» (Вар. 3, 4—5).
Иуда Маккавей о воинах, которые присвоили себе вещи, посвященные Иамнийским идолам, и по причине этого погибли, молился: «…да будет совершенно изглажен содеянный грех» (2 Мак. 12, 42). Затем по распоряжению Иуды было собрано 200 тыс. драхм серебра, которые были отправлены в Иерусалим, чтобы принести за этих воинов жертву – «да разрешатся от греха» (2 Мак. 12, 45).
Во время земной жизни Иисуса Христа практика молитв об усопших у иудеев была неотъемлемым элементом религиозной жизни. Господь многократно осуждал различные обычаи иудеев, но ничего не говорил против молитв об усопших.
В возможности изменения загробного состояния умерших нас убеждает то, что усопшие принадлежат вместе с нами одному и тому же Телу Христову. Конечно, сами они не могут изменить своего состояния, но Христос имеет «ключи ада и смерти» (Откр. 1, 18). Поэтому возможно изменение их состояния по молитвам Церкви, ибо Господь сказал: «Если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю…» (Ин. 14, 13). Он же говорил о возможности отпущения грехов в будущей жизни: «Если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем» (Мф. 12, 32).
Молитвы за усопших — не только религиозный долг, но и естественная потребность человеческой души, поскольку они являются выражением нашей любви. Поэтому молитвы за усопших имеют значение не только для самих умерших, но и для живых, ибо, по слову св. Иоанна Дамаскина, «всякий подвизающийся о спасении ближнего сперва получает пользу сам, а потом приносит оную ближнему, ибо не неправосуден Бог, чтобы забыть дела» .
Церковь свята. Это свойство Церкви, можно сказать, самоочевидно. Р азве может быть не свято Тело Христово? Святость Церкви есть святость Христова. Ветхозаветное слово: «будьте святы, ибо Я свят» (Лев. 11, 44) исполняется в Новом Завете через боговоплощение, которое представляет собой освящение человеческого рода через Церковь: «Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее» (Еф. 5, 25—26).
Освящение Церкви, которое совершено Христовой кровью, осуществлено Святым Духом, излившимся на нее в Пятидесятницу и пребывающим в Церкви. Церковь есть дом Божий, как и тела наши — храм, где обитает Святой Дух. Святость есть основное свойство Божие, и жизнь в Боге, обожение, есть святость, вне которой в Церкви вообще не существует никаких духовных даров. Поэтому святость есть самоочевидный признак, или синоним церковности вообще.
Церковь по происхождению своему и существу Божественна и свята: основана и освящена Иисусом Христом, свята учением Христовым. Дух Святой, постоянно пребывающий в Церкви, наполняет ее Своей освящающей благодатью. Святость Церкви исходит от Бога. Святость есть близость ко Христу и приобщение к Его святости, но Господь находится там, «где двое или трое собраны во имя Его» (Мф. 18, 20), следовательно, и святость там, где несколько людей собраны во имя Христово.
Святость Церкви обусловлена не только святостью Христа, ее Главы, но и святостью, к которой призваны все ее члены: апостолы в своих посланиях часто называют христиан «святыми», подразумевая, что святость — не недосягаемый идеал, но норма для членов Церкви. К святости призван каждый христианин, и во все эпохи Церкви есть истинные святые, однако таких святых, превзошедших грех и страсть, очень мало. Большинство христиан — грешники, являющиеся членами Церкви не в силу достигнутой святости, но в силу своего стремления к ней и покаянию. Задача Церкви и заключается в том, чтобы освящать их и приводить к Богу. В этом смысле о христианах говорится, что они находятся в отечестве и в пути, т.е. одновременно внутри Церкви и еще на пути к ней. Поэтому земные члены и церковные организации не могут отождествляться с Церковью в ее святости. Господь терпеливо оставляет на Своей ниве до жатвы пшеницу и плевелы.
В какой мере человек сохраняет благодатное освящение, в той мере он состоит в Церкви. Греховность наша — вне Церкви.
Процесс благодатного спасения состоит в нашем полном освящении, в совершенном изгнании греха из общины верующих и отдельной личности, в усвоении Богу всего человечества.
Об этом благодатном освящении верующих молился Сын Божий во время последней молитвы к Богу, Отцу Своему: «Освяти их истиною Твоею: слово Твое есть истина… И за них Я посвящаю Себя, чтобы и они были освящены истиною» (Ин. 17, 17—19).
Истина в Церкви — это Сам Христос. Святой Дух есть Дух истины и любви, и в качестве Духа истины Он почивает в Церкви, как в Теле Христовом, где отдельные члены составляют единое целое в Любви, по образу Лиц Пресвятой Троицы.
Святость – одно из свойств Божеского естества. По отношению к тварным существам это свойство означает свободу от зла и греха вплоть до невозможности согрешить, с одной стороны, и причастность полноте нравственного добра, присущего Богу, с другой.
Освящение и святость людей были целью служения Господа Иисуса Христа: «Освяти их истиною Твоею… за них Я посвящаю Себя, чтобы и они были освящены истиною» (Ин. 17, 17—19). По свидетельству ап. Павла, Господь имел Своей целью создание именно святой Церкви: «Христос возлюбил церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или пророка, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна» (Еф. 5, 25—27).
Источник основания святости Церкви находится в ее Главе и в Святом Духе, Который постоянно изливает святость и освящение на все тело Церкви, то есть на всех, кто соединен с ее Главой. Все члены Церкви призваны к святости: «Плод ваш есть святость» (Р им. 6, 22).
Церковь называется святой не только потому, что обладает всей полнотой благодатных даров, освящающих верующих, но и потому, что в ней есть люди различной степени святости, в том числе и такие члены, которые достигли полноты святости и совершенства. В то же время Церковь никогда, даже в апостольский период своей истории, не была заповедником святых (1 Кор. 5, 1—5). Таким образом, Церковь – это собрание не святых, но освящаемых и поэтому признает своими членами не только праведников, но и грешников. Эта мысль настойчиво подчеркивается в притчах Спасителя: «о пшенице и плевелах», «о неводе» и др.
Для согрешивших в Церкви установлено таинство Покаяния. Искренне кающиеся в грехах получают их прощение: «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды» (1 Ин. 1, 9). «Согрешающие, но очищающие себя истинным покаянием, не препятствуют Церкви быть святою…» .
Однако существует некоторый предел, преступив который, грешники становятся мертвыми членами церковного тела, приносящими только зловредные плоды. Такие члены отсекаются от тела Церкви или невидимым действием суда Божия, или видимым действием церковной власти, через анафематствование, во исполнение апостольского повеления: «Извергните развращенного из среды вас» (1 Кор. 5, 13). К таковым относятся отступники от христианства, нераскаянные грешники, пребывающие в смертных грехах, а также еретики, сознательно извращающие основные догматы веры.
Поэтому Церковь никоим образом не затемняется греховностью людей; все греховное, вторгающееся в церковную сферу, остается чуждым церкви и предназначается к отсечению и уничтожению.
За святостью исповедуем мы соборность Церкви. Слово «соборная» или «кафолическая» значит полная, законченная, целая, не нуждающаяся в дополнении. Иногда кафоличность Церкви понимается как ее вселенскость в пространстве и времени .
KauolikуV по—гречески означает «то, что есть общее», «то что вместе». Кафоличность или соборность Церкви вытекает из ее единства и святости. Православная Церковь хранит полноту христианской веры и свидетельствует о ней по всему миру, что и есть признак истинной Вселенской Церкви.
Кафоличность Церкви надо понимать, с одной стороны, как некоторую неограниченность ее пределов временем и пространством, то есть вселенскость, с другой же стороны — как конкретное выражение ее единства, или предельную общность ее членов во всех проявлениях жизни Церкви.
Термин «кафолическая» с самого начала (уже в первые десятилетия II-го века) был скорее определением качества; а не количества, то есть подразумевалась полнота природы Церкви. Ведь еще до того, как Церковь распространилась на весь мир, она уже называлась кафолической. Первоначальная апостольская Церковь в Иерусалиме, ранние городские церкви в Антиохии, Ефесе, Коринфе или Р име были кафолическими, как и каждая Православная церковь сегодня, ибо в них присутствовало все основное, что составляет сущность подлинной Церкви Христовой. Бог полно и совершенно являет Себя через Христа и Святого Духа в каждой Церкви, в каждой местной общине христиан, верных апостольскому учению, иерархии и таинствам.
Итак, «соборность» означает, во-первых, всемирность, универсальность и, во-вторых, целостность и полноту. Церковь — вселенская, универсальная потому, что Христос и Его учение обращены не к какому-либо одному народу, и не к какой-нибудь одной эпохе или культуре, а ко всем эпохам. Мы это часто забываем, сужаем Церковь и христианство до своего народа, делаем из нее что-то узкое, провинциальное, частичное.
Апостол Павел говорит: «В Церкви Христовой нет ни Еллина (т.е. язычника), ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара (т.е. иноплеменника), Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3, 11). И еще: «Благовествование (т.е. проповедь о вере Христовой) пребывает во всем мире и приносит плод и возрастает» (Кол. 1, 5. 6).
Сам Христос говорит: «Идите по всему миру, проповедуйте Евангелие всей твари...» И на это веками отвечает Церковь: «Вся земля да поклонится Тебе».
И это так потому, что учение Христа целостное, и это значит: всеобъемлющее, обнимающее собою всю жизнь человека, отвечающее на все его вопросы, обращенное ко всей жизни. Единое Тело Христово, Церковь, есть в то же время множественность лиц. Понятие единства во множественности и множественности в единстве, что уподобляет тайну Церкви тайне Святой Троицы, в Которой единство природы сочетается с троичностью Ипостасей.
Соборность Церкви есть данная ей Духом Истины через святых апостолов Божественная спасительная истина, все в своем единстве Божественное Откровение.
Наличие в Церкви Богооткровенной истины — вот критерий соборности Церкви. Соборная — полная, законченная, не нуждающаяся в дополнении.
Православные христиане верят, что полнота участия в Церкви Божией есть только в исторической Православной Церкви, что в других вероисповеданиях существуют препятствия к полному единению с Богом.
Церковь ветхозаветная была ограничена и пространством, и временем, и народом. Церковь Христова не ограничена местом, апостолам Господь сказал: «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари» (Мк. 16, 15). Согласно ап. Павлу, благовествование «пребывает… во всем мире» (Кол. 1, 5—6).
Христианская Церковь не ограничена также и временем и будет стоять вечно, «врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18). Сам Господь Иисус Христос пребудет с верными «до скончания века» (Мф. 28, 20). Утешитель, Дух Святой, также будет пребывать в Церкви «во век» (Ин. 13, 16). Принесение бескровной Жертвы будет продолжаться до Второго Пришествия Христова (1 Кор. 11, 26).
Новозаветная Церковь не ограничивается и никаким народом. Спаситель заповедал апостолам учить и крестить «все народы» (Мф. 28, 19).
В «Пространном Катихизисе» говорится, что Церковь называется Соборной или Кафолической потому, «что она не ограничивается никаким местом, ни временем, ни народом, но заключает в себе истинно верующих всех мест, времен и народов» .
Вышеприведенное определение соборности следует признать недостаточным. «Пространный Катихизис» фактически отождествляет понятия «кафоличности» и «вселенскости», которые достаточно четко различаются в современном Православном богословии. Вселенскость как фактическая всеобщность и потенциальный универсализм есть «следствие, необходимо вытекающее из соборности Церкви и неотделимо с соборностью Церкви связанное, так как это есть ни что иное, как ее внешнее материальное выражение» .
Р азличие между «соборностью» и «вселенскостью» состоит в том, что понятие «вселенскость», являясь характеристикой Церкви как целого, неприменимо к ее частям, тогда как «соборность» может относиться как к целому, так и к частям. Свщмч. Игнатий Богоносец еще в начале II в. писал: «Где Иисус Христос, там кафолическая Церковь» . В.Н. Лосский считает, что соборность есть свойство, которое выражает в строе церковной жизни образ жизни Триединого Бога. Бог един, но каждое Божественное Лицо есть Бог, обладающий всей полнотой Божественной сущности. Также и «Церковь кафолична, как в своей совокупности, так и в каждой из своих частей. Полнота целого – не сумма ее частей, так как каждая часть обладает той же полнотой, что и ее целое» . Иначе говоря, каждая поместная община обладает той же полнотой благодатных даров, что и вся Церковь в целом, ибо в ней в той же полноте присутствует Тот же Христос.
Таким образом, кафоличность не столько количественная, сколько качественная характеристика Церкви. Свт. Кирилл Иерусалимский говорит, что «Церковь Соборною называется потому, что:
а) находится во всей вселенной…;
б) в полноте преподает все то учение, которое должны знать люди…;
в) весь род человеческий приводит к истиной вере…;
г) повсеместно врачует и исцеляет все роды грехов…;
д) имеет в себе всякий вид совершенства, являющийся в делах, словах и во всяких духовных дарованиях» .
Таким образом, соборность означает, во-первых, целостность, неповрежденность хранимой Церковью истины и, во-вторых, полноту благодатных даров, которой обладает Церковь, причем эта целостность и полнота относятся как к Церкви в целом, так и к каждой из ее частей в отдельности. Иными словами, соборность Церкви выражается в том, что каждый человек в любом месте и во всякое время, независимо ни от каких индивидуальных особенностей и внешних условий, может получить в Церкви все необходимое для спасения.
Такое понимание соборности как качественной характеристики Церкви отчасти присутствует и в «Пространном Катихизисе», где говорится, что Кафолическая Церковь имеет то важное преимущество, «что Господь пребудет с нею до скончания века, что в ней пребудет слава Божия о Христе Иисусе во все роды века, что, следственно, она никогда не может ни отпасть от веры, ни погрешить в истине веры, или впасть в заблуждение» .
И, наконец, исповедуем мы Церковь апостольской. Слово «апостол» означает по—гречески «посланец». Апостоличность Церкви — свойство, указывающее на посланничество Церкви в мир с целью освящения человека, спасения, соединения его с Богом.
Иисус Христос и Святой Дух были посланы Отцом в мир, это не только множество раз повторялось в Писаниях, но и Сам Христос был прямо назван «Посланником (т.е. Апостолом) исповедания нашего» (Евр. 3, 1). И как Бог послал Его, так и Христос избрал и послал Своих апостолов. «Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Приимите Духа Святого» (Ин. 20, 21—22), — говорит воскресший Христос ученикам Своим. И апостолы шли в мир, делаясь «фундаментом» Христианской Церкви.
Им передавал Господь всю полноту Своей власти в Церкви. Имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем и облеченные Духом Святым в день Пятидесятницы, апостолы явились тем основанием, на котором зиждется Святая Церковь.
Апостолы, избранные Самим Господом, во-первых, передали нам новозаветные Писания — основание всякой истинно-христианской жизни; во-вторых, они основали многие Поместные Церкви с церковной иерархией, которой они передали благодатные дары Святого Духа и преемникам коих до наших дней являются пастыри Церкви.
Господь Иисус Христос Сам и Духом Святым наставляет церковных пастырей в таинстве священства.
Церковная иерархия существует в Церкви по Божественному установлению, она необходима для самого бытия Церкви.
В-третьих, своею жизнью апостолы оставили нам пример святости и ревности, которые христианин должен иметь, распространяя Евангелие по всему миру.
Истинная Церковь, Церковь Православная, есть Церковь Апостольская, так как всё, что она имеет: Священное Писание, Священное Предание и свою благодатную жизнь она получила от Христа через апостолов.
Итак, Церковь называется Апостольской: во-первых, потому что она основана на Иисусе Христе и Святом Духе, посланных от Бога, и на апостолах, посланных Христом и исполненных Святого Духа; во-вторых, потому что сама Церковь, в ее земных членах, послана Богом, чтобы свидетельствовать о Его Царстве, хранить Его слово и исполнять Его волю и дела в этом мире. Исповедуя нашу принадлежность к Апостольской Церкви, мы обязуемся продолжать миссию апостолов. Долг апостольства, или миссионерства, лежит на каждом члене Церкви, в какой бы среде он не находился, но в особенности на иерархии.
Будучи Сам посланным в мир Отцом, Господь послал на служение Своих учеников, назвав их апостолами, то есть посланниками. Церковь послана в мир, чтобы привести мир ко Христу. Прежде всего Церковь называется апостольской по цели своего бытия.
Церковь утверждена «на основании Апостолов» (Еф. 2, 20). Апостолы являются основаниями Церкви в хронологическом смысле – они стояли у истоков ее исторического бытия, передали Церкви учение веры и жизни, установили по заповеди Господа таинства и священнодействия, установили начала ее канонической структуры, поставили первых епископов. Это есть внешняя, историческая сторона апостольства Церкви.
Для исполнения своего апостольского назначения Церковь и по самому своему существу всегда должна быть именно таковою, какою она была при апостолах. Все существенное, чем обладала Церковь при апостолах, должно охраняться в ней до скончания века.
Во-первых, должно сохраняться в Церкви переданное апостолами учение или апостольское Предание. Символ веры, называя Церковь апостольской, «научает твердо держаться учения и преданий Апостольских и удаляться от такого учения и таких учителей, которые не утверждаются на учении Апостолов». «… Братие, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим» (2 Фес. 2, 15). «Держитесь образца здравого учения, которое ты слышал от меня» (2 Тим. 1, 13). «Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся» (Тит. 3, 10).
Во-вторых, должны сохраняться благодатные дары Духа Святого, которые Церковь в лице апостолов получила в день Пятидесятницы. Это преемство даров Святого Духа передается через священное рукоположение, поэтому вторая сторона апостольской Церкви – это непрерывное преемство от апостолов богоучрежденной иерархии, которая верна апостольскому Преданию в учении, в священнодействии и в основах церковного устройства. Церковная иерархия или священноначалие ведет свое начало «от Самого Иисуса Христа и от сошествия на Апостолов Святого Духа и с тех пор непрерывно продолжается через преемственное рукоположение в таинстве Священства» .
В день Своего Воскресения из мертвых Господь, дунув на учеников, сказал им: «Приимите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся, на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20, 23).
Эти слова Спасителя можно рассматривать как поставление апостолов на служение и как дарование Церкви в лице Двенадцати даров Духа Святого, необходимых для совершения священнодействий. Установленное Господом церковное служение актуализировалось в день Пятидесятницы, ибо только после сошествия Святого Духа на апостолов стало возможным совершение таинств. О богоустановленности иерархического служения свидетельствует ап. Павел: «… Он (Христос) поставил одних Апостолами,… иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения…» (Еф. 4, 11—12).
Непосредственными преемниками и продолжателями служения апостолов являются епископы. Апостолы передали им все благодатные дары, необходимые для иерархического служения. Епископами поставляются на служение пресвитеры и диаконы.
Учитывая особую важность епископского служения, Церковь всегда тщательно следила, чтобы сохранялась преемственность епископата, восходящая к апостолам, чтобы не было самосвятства. Свщмч. Ириней Лионский во второй половине II в. писал: «Мы можем перечислить тех, кто от апостолов поставлен епископами в Церквах и их преемников даже до нас» .
Высшим священноначалием, которое может простирать свое действие на всю Кафолическую Церковь, является Вселенский Собор.
Свящ. Писание говорит, что спасение возможно только во Христе, «ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4, 12). Без соединения со Христом невозможно принести добрый плод. Поучение о лозе и ветвях Господь заканчивает словами: «… без Меня не можете делать ничего. Кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, и засохнет…» (Ин. 15, 5—6). «Поелику Иисус Христос, по изречению Апостола Павла, есть Глава Церкви, и Той есть Спаситель тела, то дабы иметь участие в Его спасении, необходимо нужно быть членом Его тела, то есть, Кафолической Церкви» , — говорит катихизис.
Таким образом, спасение осуществляется не на основании индивидуального «контракта» о спасении, но через вхождение в Вечный Завет между Богом и человеком, однажды установленный Иисусом Христом в собственной Его Крови. Христос спасает не отдельных людей, а Церковь как единое целое, как Свое тело. И каждый человек спасается в той мере, в какой он принадлежит этому телу.
Утверждая, что спасение возможно только в Церкви, невозможно не задаться вопросом о судьбе людей, находящихся вне Церкви. Очевидно, что находящиеся вне Церкви не являются некой недифференцированной массой, существуют различные категории таких людей, и говорить о судьбе принадлежащих к каждой из них следует отдельно.
Вероотступники лишают себя надежды на спасение. Они, «отвергаясь искупившего их Господа, навлекут сами на себя скорую погибель» (2 Пет. 2,1). Господь говорит о невозможности прощения тех, кто хулит Духа Святого, то есть сознательно противится Богу и Истине (Мф. 12, 31—32).
Что касается прочих людей, тех, кто не будучи богоборцами или вероотступниками, тем не менее не веровали во Христа или веровали неправо, то о их судьбе достоверно мы ничего не знаем. Бог промышляет о каждом человеке, и если для членов Церкви Христос есть Искупитель, то для внешних Он является Владыкой и Промыслителем. «Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему» (Деян. 10, 34—35). И Он «воздаст каждому по делам его… Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое, во-первых, Иудея, потом Еллина! Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, потом и Еллину! Ибо нет лицеприятия у Бога» (Р им. 2, 6. 9—11). Свящ. Писание и Свящ. Предание дают некоторое основание предполагать, что, по милости Божией, не все, кто не принадлежат земной Церкви, непременно погибнут. Так ветхозаветные праведники, не принадлежавшие видимым образом к Церкви новозаветной, тем не менее были спасены, а многие из них даже прославлены как святые. Посылая учеников на проповедь Евангелия, Господь сказал им: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16, 16).
В словах Спасителя нет прямого утверждения, что некрещенные будут осуждены. Кроме того, утверждать, что находящиеся вне Церкви в принципе не могут обрести спасение, значит ставить спасение в зависимость от случайных факторов, например, от времени и места рождения человека, что не соответствует духу Евангелия. Новозаветное благовестие поставляет спасение в зависимость от свободного личного выбора и утверждает абсолютную ответственность человека за свои деяния.
Конечно, положение пребывающих вне Церкви по сравнению с положением людей церковных является ущербным. Они лишены полноты богообщения, подлинной духовной жизни; для них закрыт путь святости, невозможно усвоение плодов Искупления. Они остаются «чадами гнева Божия» (Еф. 2, 3), и «гнев Божий пребывает» на них (Ин. 3, 36). Впрочем, в определенной степени и для них возможно богообщение, стремление к добру и правде, покаяние и даже достижение на этом пути определенных результатов.
Однако, если предположительно мы и говорим, что спасение возможно для тех, кто находится вне ограды земной Церкви, то отсюда никак не следует, что спасение в принципе возможно без Церкви и помимо Христа, что существуют какие-то иные пути спасения. Мы не утверждаем категорически, что все те, кто во время своей земной жизни находились вне Церкви, непременно погибнут. Но если они и спасутся, то спасутся только через Церковь, через Христа, даже если их встреча с Ним состоится уже за пределами земной жизни.
В целом на вопрос о посмертной судьбе нехристиан и неправославных христиан в учении Православной Церкви нет однозначного ответа. Правильнее всего предоставить этих людей милости Божией и не стремиться предвосхитить суд Божий, помня слова ап. Павла: «Внешних же судит Бог…» (1 Кор. 5, 13).

Друзья

Христианские картинки